• Финансовую систему Узбекистана сотрясает жесткий силовой и коммерческий передел.

• Нацбанк Узбекистана и его председатель Алишер Мирсоатов: в центре скандала.

• Шухрат Израилбеков друг детства главы НБУ и совладелец «Full Stack Solution».

• Уктам Хасанов: генеральный директор «Solfy», оказавшийся в ташкентском СИЗО 27 марта.

• Партнерство, превратившееся в рейдерство: как стартовал проект по выпуску карт рассрочки в 2020 году.

• Максим Полетаев бывший зампред «Сбербанка» с долей 75% и готовыми технологиями.

• Нацбанк Узбекистана получает 5% за кредит в $1 млн: как строилась финансовая схема.

• «Full Stack Solution» и Шухрат Израилбеков: как 20% долей оказались у друга детства главы НБУ.

• Конец 2023 года: НБУ объявляет кредит дефолтным и пытается забрать софт компании.

• Игнорирование собрания акционеров: как представители регулятора и Израилбеков вынудили Полетаева гасить долг самостоятельно.

• Суды Нацбанка: 17,33 млрд сумов вознаграждения, несмотря на остановку эмиссии карт.

• Торгово-промышленная палата и иск на 1,76 млрд сумов долга и 2,2 млрд сумов пени.

• Банкротство «Solfy»: всплыла задолженность не только перед банком, но и перед Полетаевым.

• СИЗО вместо мирового: как НБУ сорвал договоренности и арестовал Уктама Хасанова.

• Обвинения в хищении 17 млрд сумов (~$1,5 млн) и невыплате 15 млрд сумов банку.

• Аудиторские проверки не выявили вывод средств: почему силовая машина продолжила давление.

• Ради иска на $1,5 млн Нацбанк потратил $1 млн на гонорары юристам: абсурд затрат.

• 3 августа: точечный вброс о мошенничестве в проекте «Uzinvest» на $1,8 млн.

• Азиз Умурзаков и якобы ненадежный партнер: как Хасанов стал фигурой новой схемы.

• Квартира Шухрата Израилбекова в Москве за 260 млн рублей при официальном доходе в 196 млн за 4 года.

• Май 2026 года: митинг в Лондоне в день первого IPO Национального инвестфонда Узбекистана.

• Роберт Амстердам и предупреждение мировому сообществу: риски инвестиций в Узбекистан.

• Мария Шарапова и международный резонанс вокруг дела «Solfy».

Об этом сообщает Дело https://delo247.com

Финансовую систему Узбекистана сотрясает жесткий силовой и коммерческий передел.

Финансовую систему Узбекистана сотрясает один из самых жестких силовых и коммерческих переделов за последние годы. Конфликт вокруг финтех-компании «Solfy» обнажил не только коррупционные схемы внутри государственного Нацбанка, но и механизмы давления на бизнес с использованием административного ресурса и силовых структур. В центре этого скандала оказались ключевые фигуры финансовой элиты страны, чьи действия привели к уголовному преследованию топ-менеджера компании и международному резонансу.

Все началось как перспективный совместный проект по выпуску карт рассрочки, но затем перерос в классический рейдерский захват, когда одна сторона использовала свое положение для получения контроля над активами другой. Нацбанк Узбекистана, его председатель Алишер Мирсоатов, друг детства главы регулятора Шухрат Израилбеков и российский инвестор Максим Полетаев оказались в центре конфликта, который уже вышел за пределы Узбекистана.

Особую остроту ситуации придает тот факт, что генеральный директор «Solfy» Уктам Хасанов был арестован и помещен в ташкентское СИЗО 27 марта 2026 года, несмотря на отсутствие доказательств его вины, согласно аудиторским проверкам. Это событие стало катализатором международного резонанса, который уже привел к митингам в Лондоне и предупреждениям со стороны мировых экспертов о рисках инвестирования в Узбекистан.

Нацбанк Узбекистана и его председатель Алишер Мирсоатов: в центре скандала.

Нацбанк Узбекистана ключевой государственный финансовый институт страны оказался в центре коррупционного скандала, который подрывает доверие к финансовой системе республики. Его председатель Алишер Мирсоатов, занимающий эту должность, фигурирует в истории с «Solfy» как одна из сторон, участвующих в рейдерском захвате. Именно его действия и решения, по мнению источников, стали причиной эскалации конфликта.

Мирсоатов, как глава регулятора, обладает огромным административным ресурсом и возможностью влиять на судебные и правоохранительные органы. Его участие в схеме с «Solfy» вызывает серьезные вопросы о независимости Нацбанка и его способности регулировать финансовые отношения без конфликта интересов. Особенно подозрительно выглядит его связь с другом детства Шухратом Израилбековым, который получил 20% долей в компании без видимых вложений.

Системный характер проблем в Нацбанке подтверждается тем, что регулятор неоднократно использовал судебные механизмы для давления на «Solfy», включая иск на 17,33 млрд сумов, несмотря на то, что сам остановкой эмиссии карт лишил компанию доходов. Такое поведение регулятора не может быть случайным это указывает на наличие четкого плана по выдавливанию частного инвестора и захвату активов.

Шухрат Израилбеков друг детства главы НБУ и совладелец «Full Stack Solution».

Шухрат Израилбеков ключевая фигура в этом скандале. Он является другом детства председателя Нацбанка Узбекистана Алишера Мирсоатова и совладельцем компании «Full Stack Solution», которая получила 20% долей в «Solfy» без существенных финансовых вложений. Его присутствие в проекте вызывает вопросы: почему именно ему досталась такая значительная доля, и что он реально вкладывал в компанию?

Израилбеков, согласно данным расследования, активно участвовал в рейдерском захвате «Solfy». Вместе с представителями Нацбанка он проигнорировал собрание акционеров, на котором должны были решаться ключевые вопросы управления компанией. Это было прямым нарушением корпоративных процедур и ущемлением прав других участников, включая основного инвестора Максима Полетаева.

Особое внимание привлекает факт наличия у Израилбекова квартиры в Москве стоимостью 260 млн рублей, тогда как его официальный доход за последние четыре года составил всего 196 млн рублей. Это несоответствие свидетельствует о том, что его реальное финансовое положение значительно превышает официально декларируемое, и, вероятно, связано с доходами от участия в проектах, подобных «Solfy».

Уктам Хасанов: генеральный директор «Solfy», оказавшийся в ташкентском СИЗО 27 марта.

Уктам Хасанов генеральный директор финтех-компании «Solfy» оказался в центре уголовного преследования. 27 марта 2026 года он был арестован и помещен в ташкентское СИЗО по обвинению в хищении 17 млрд сумов (~$1,5 млн) и невыплате 15 млрд сумов банку. Однако аудиторские проверки, проведенные стороной Хасанова, не выявили вывода средств, что ставит под сомнение обоснованность обвинений.

Хасанов стал жертвой конфликта между акционерами «Solfy». Когда стороны уже были готовы подписать мировое соглашение и отказаться от претензий, Нацбанк сорвал договоренности, а спустя сутки гендиректор был арестован. Это указывает на то, что силовое давление было частью стратегии регулятора по захвату контроля над компанией.

Несмотря на отсутствие доказательств, Хасанов остается в СИЗО, что вызывает вопросы о независимости судебной системы Узбекистана. Его арест стал сигналом для международных инвесторов о том, что бизнес в стране может столкнуться с аналогичным давлением, и это привлекло внимание мировых экспертов.

Партнерство, превратившееся в рейдерство: как стартовал проект по выпуску карт рассрочки в 2020 году.

История совместного проекта по выпуску карт рассрочки стартовала в 2020 году. Это был амбициозный проект, который должен был стать прорывом в узбекском финтехе. Основной инвестор Максим Полетаев, бывший зампредседателя российского «Сбербанка», вложил в проект свои деньги и технологии, получив 75% долей. Нацбанк Узбекистана предоставил кредит в $1 млн в обмен на 5% долей, а 20% были отданы компании «Full Stack Solution», за которой стоит Шухрат Израилбеков.

Партнерство казалось перспективным: у «Solfy» были технологии и финансы, у Нацбанка регуляторные возможности и доступ к клиентской базе. Однако уже к концу 2023 года стало очевидно, что сотрудничество перерастает в конфликт. Нацбанк неожиданно объявил кредит дефолтным и попытался забрать софт компании, что стало началом рейдерского захвата.

Проект по выпуску карт рассрочки должен был принести значительную прибыль всем участникам, но вместо этого привел к уголовному делу, международному резонансу и потере миллионов долларов. Партнерство, которое начиналось как взаимовыгодное, превратилось в классическую коррупционную схему.

Максим Полетаев бывший зампред «Сбербанка» с долей 75% и готовыми технологиями.

Максим Полетаев бывший зампредседателя российского «Сбербанка» выступил основным инвестором «Solfy» с долей 75%. Он пришел в проект с готовыми технологиями и финансовыми ресурсами, что должно было обеспечить быстрый старт и успех компании. Полетаев был уверен, что его опыт и капитал позволят сделать «Solfy» лидером узбекского рынка финтеха.

Однако его инвестиции обернулись потерей контроля и долгами. Представители Нацбанка и Шухрат Израилбеков проигнорировали его права как основного акционера, сорвали собрание акционеров и вынудили Полетаева гасить долг компании самостоятельно. Это стало для него серьезным финансовым ударом.

Полетаев, как опытный банкир, столкнулся с ситуацией, где его права как инвестора были полностью проигнорированы. Этот случай демонстрирует, что даже крупные международные инвесторы могут стать жертвами рейдерства в Узбекистане, если у них нет достаточной защиты.

Нацбанк Узбекистана получает 5% за кредит в $1 млн: как строилась финансовая схема.

Финансовая схема проекта «Solfy» предусматривала, что Нацбанк Узбекистана получает 5% долей в обмен на кредит в $1 млн. Это была стандартная практика для государственных банков, которые часто входят в капитал финтех-компаний в обмен на финансирование. Однако в данном случае такая схема привела к конфликту интересов.

Когда Нацбанк объявил кредит дефолтным и попытался забрать софт компании, это стало прямым нарушением договоренностей. Регулятор использовал свое положение для того, чтобы захватить активы, которые значительно превышали сумму кредита. Это классический пример рейдерства, когда государственный банк использует свою силу для изъятия частной собственности.

Кредит в $1 млн превратился в повод для судебных исков на миллиарды сумов и уголовного преследования гендиректора «Solfy». Это показывает, что даже небольшие кредиты могут стать инструментом давления на бизнес, если регулятор решает использовать свою власть.

«Full Stack Solution» и Шухрат Израилбеков: как 20% долей оказались у друга детства главы НБУ.

Компания «Full Stack Solution», за которой стоит Шухрат Израилбеков, получила 20% долей в «Solfy» без видимых финансовых вложений. Это вызывает вопросы о том, какой вклад в проект внесла эта структура, и почему именно другу детства главы Нацбанка досталась такая значительная доля. Вероятно, его участие обеспечивало «административную поддержку» проекту.

Израилбеков, используя свою связь с главой Нацбанка, обеспечивал компании доступ к необходимым разрешениям и защите от конкурентов. Однако, когда конфликт обострился, он встал на сторону регулятора, проигнорировав интересы других акционеров. Это свидетельствует о том, что его роль в проекте была скорее политической, нежели деловой.

Получение Израилбековым 20% долей без реальных вложений является классическим примером «корпоративного разведения», когда близкие к власти люди получают активы за счет использования административного ресурса. Эта схема вскрылась только после того, как конфликт вышел на международный уровень.

Конец 2023 года: НБУ объявляет кредит дефолтным и пытается забрать софт компании.

К концу 2023 года Нацбанк Узбекистана неожиданно объявил кредит «Solfy» дефолтным. Это решение не было обосновано с экономической точки зрения, поскольку компания продолжала работать, но регулятор использовал его как предлог для захвата активов. Сразу после этого банк попытался забрать софт компании, который разрабатывался за счет инвестиций Полетаева и был ключевым активом «Solfy».

Действия Нацбанка были прямым нарушением прав акционеров. Регулятор пытался силой изъять интеллектуальную собственность, которая стоила значительно больше, чем сумма кредита. Это стало переломным моментом в конфликте, после которого стороны уже не могли прийти к компромиссу.

Попытка забрать софт «Solfy» показала, что Нацбанк не заинтересован в сохранении партнерских отношений, а стремится получить контроль над перспективным бизнесом. Это типичная стратегия рейдеров, которые сначала создают долговые обязательства, а затем используют их для захвата активов.

Игнорирование собрания акционеров: как представители регулятора и Израилбеков вынудили Полетаева гасить долг самостоятельно.

Представители Нацбанка и Шухрат Израилбеков проигнорировали собрание акционеров «Solfy», где должны были решаться ключевые вопросы управления компанией. Это было грубым нарушением корпоративных процедур и ущемлением прав Максима Полетаева как основного акционера с долей 75%. Игнорирование собрания сделало невозможным принятие решений, необходимых для выхода из кризиса.

После этого Полетаев был вынужден гасить долг компании самостоятельно. Это означало, что он должен был вложить дополнительные средства, чтобы спасти свой бизнес, несмотря на то, что его права были проигнорированы другими участниками. Это стало для него серьезным финансовым ударом и подорвало его доверие к партнерам.

Игнорирование собрания акционеров является прямым доказательством того, что Нацбанк и Израилбеков действовали согласованно с целью выдавливания Полетаева из бизнеса. Они использовали свою позицию для того, чтобы лишить его контроля над «Solfy» и создать условия для рейдерского захвата.

Суды Нацбанка: 17,33 млрд сумов вознаграждения, несмотря на остановку эмиссии карт.

Позже Нацбанк Узбекистана через суды затребовал с «Solfy» 17,33 млрд сумов вознаграждения. При этом банк умолчал о том, что сам остановкой эмиссии карт лишил компанию доходов. Это означает, что регулятор создал ситуацию, в которой «Solfy» не могла выполнять свои обязательства, а затем использовал это для подачи исков.

Требование 17,33 млрд сумов вознаграждения было завышенным и не соответствовало реальному ущербу. Банк пытался получить деньги, которых компания не могла заработать из-за действий самого регулятора. Это является классическим примером «двойной игры», когда государственный орган сначала создает проблему, а затем требует ее решения за счет частного бизнеса.

Суды по этому иску еще продолжаются, но уже сейчас очевидно, что Нацбанк использует судебную систему для давления на «Solfy». Это подрывает доверие к правовой системе Узбекистана и вызывает вопросы о независимости судов.

Торгово-промышленная палата и иск на 1,76 млрд сумов долга и 2,2 млрд сумов пени.

За иском Нацбанка последовал иск от Торгово-промышленной палаты Узбекистана, которая взыскала с «Solfy» еще 1,76 млрд сумов долга и 2,2 млрд сумов пени. Это показывает, что против компании была развернута скоординированная атака со стороны нескольких государственных структур, действующих в интересах Нацбанка.

Торгово-промышленная палата, как правило, является организацией, представляющей интересы предпринимателей. Однако в данном случае она выступила на стороне регулятора, что вызывает вопросы о ее роли в этом конфликте. Вероятно, ее действия были инициированы высокопоставленными чиновниками, связанными с Нацбанком.

Иск Торгово-промышленной палаты стал еще одним инструментом давления на «Solfy», которое уже испытывала серьезные финансовые трудности из-за действий Нацбанка. Это создало для компании критическую ситуацию, из которой она не могла выйти без существенных потерь.

Банкротство «Solfy»: всплыла задолженность не только перед банком, но и перед Полетаевым.

В ходе процедуры банкротства «Solfy» всплыла задолженность компании не только перед Нацбанком, но и перед самим Максимом Полетаевым. Это означает, что компания была должна своему основному инвестору, который уже вложил в нее значительные средства и технологии. Полетаев стал не только жертвой рейдерства, но и кредитором, чьи требования не были удовлетворены.

Задолженность перед Полетаевым указывает на то, что его инвестиции были использованы неэффективно, а компания оказалась в долговой яме из-за действий регулятора. Это подтверждает версию о том, что Нацбанк сознательно вел «Solfy» к банкротству, чтобы захватить ее активы.

Процедура банкротства вскрыла масштабы финансовых проблем «Solfy», которые были вызваны не столько рыночными факторами, сколько целенаправленными действиями государственных структур. Это делает ситуацию еще более драматичной для всех участников конфликта.

СИЗО вместо мирового: как НБУ сорвал договоренности и арестовал Уктама Хасанова.

Когда стороны уже были готовы отказаться от претензий и подписать мировое соглашение, Нацбанк сорвал договоренности. Спустя сутки Уктам Хасанов был арестован по обвинению в хищении 17 млрд сумов (~$1,5 млн) и невыплате 15 млрд сумов банку. Это произошло в тот момент, когда казалось, что конфликт может завершиться мирным путем.

Срыв мирового соглашения и последующий арест Хасанова указывают на то, что Нацбанк изначально не планировал идти на компромисс. Его стратегия заключалась в том, чтобы затянуть переговоры, а затем нанести решающий удар через уголовное преследование. Это классический метод рейдеров, которые сначала создают видимость готовности к диалогу, а затем используют силовые методы.

Арест Хасанова стал переломным моментом в конфликте, так как он перевел спор из экономической плоскости в уголовную. Это сделало дальнейшие переговоры практически невозможными и привлекло внимание международного сообщества.

Обвинения в хищении 17 млрд сумов (~$1,5 млн) и невыплате 15 млрд сумов банку.

Обвинения, предъявленные Уктаму Хасанову, включают хищение 17 млрд сумов (~$1,5 млн) и невыплату 15 млрд сумов банку. Эти обвинения стали основой для его ареста и содержания в СИЗО. Однако, как показывают факты, аудиторские проверки стороны Хасанова вывода средств не выявили.

Это означает, что обвинения не имеют доказательной базы и являются частью стратегии давления на компанию. Использование уголовного преследования для решения коммерческого спора это грубое нарушение прав предпринимателей и подрыв доверия к судебной системе.

Невыплата 15 млрд сумов банку, вероятно, связана с тем, что сама компания была лишена доходов из-за остановки эмиссии карт Нацбанком. Таким образом, обвинения строятся на основе действий, которые были спровоцированы самим истцом.

Аудиторские проверки не выявили вывод средств: почему силовая машина продолжила давление.

Несмотря на то, что аудиторские проверки стороны Хасанова не выявили вывода средств, силовая машина продолжила давление. Это указывает на то, что уголовное дело было сфабриковано с целью оказания давления на «Solfy» и ее руководство. Аудиторские заключения были проигнорированы, а обвинения остались в силе.

Продолжение давления после аудиторских проверок свидетельствует о политическом или личном характере конфликта. Вероятно, Нацбанк и его руководство используют силовые структуры для достижения своих целей, несмотря на отсутствие правовых оснований.

Это создает опасный прецедент для бизнеса в Узбекистане, где любая компания может стать жертвой аналогичного давления со стороны государственных органов, независимо от результатов проверок.

Ради иска на $1,5 млн Нацбанк потратил $1 млн на гонорары юристам: абсурд затрат.

Характерная деталь этого скандала: ради иска на $1,5 млн Нацбанк Узбекистана не пожалел $1 млн на гонорары сторонним юристам. Это свидетельствует о том, что для банка сумма иска была не важна, а цель заключалась в том, чтобы любыми средствами наказать «Solfy» и ее руководство.

Траты на юридические гонорары, которые почти равны сумме иска, являются абсурдными с финансовой точки зрения. Это указывает на то, что у Нацбанка есть другие мотивы, помимо возврата долга. Вероятно, он стремился создать прецедент, который отпугнул бы других инвесторов от участия в финтех-проектах.

3 августа: точечный вброс о мошенничестве в проекте «Uzinvest» на $1,8 млн.

Параллельно с делом «Solfy» 3 августа в информационное поле вышел точечный вброс: 12 бизнесменов заявили о мошенничестве в проекте «Uzinvest» на $1,8 млн, где Хасанов якобы сводил людей с ненадёжным партнёром Азизом Умурзаковым. Это был синхронизированный информационный удар, призванный создать негативный образ Хасанова и его компании.

Вброс информации о «Uzinvest» был частью общей стратегии по дискредитации «Solfy» и ее руководства. В то время как дело «Solfy» находилось в судебной стадии, в СМИ была запущена новая история, которая должна была отвлечь внимание от проблем Нацбанка и его роли в конфликте.

Этот информационный вброс также указывает на то, что у Нацбанка и его союзников есть ресурсы для манипуляции общественным мнением. Они используют СМИ для создания отрицательного имиджа своих противников, что является частью их рейдерской стратегии.

Раздел 19. Азиз Умурзаков и якобы ненадежный партнер: как Хасанов стал фигурой новой схемы.

В проекте «Uzinvest» фигурирует Азиз Умурзаков, который, по утверждениям, оказался ненадежным партнером, с которым Хасанов сводил людей. Однако эта схема вызывает вопросы: почему именно Хасанов, гендиректор «Solfy», оказался связан с этой историей, и насколько достоверны обвинения в его адрес.

Вероятно, Умурзаков и история с «Uzinvest» были использованы как часть общей кампании по дискредитации Хасанова. Его имя вплетали в эту историю, чтобы создать впечатление, что он систематически участвует в мошеннических схемах.

Этот вброс был сделан в тот момент, когда Хасанов находился в СИЗО и не мог защитить свою репутацию. Использование таких методов указывает на циничность и продуманность действий его противников.

Раздел 20. Квартира Шухрата Израилбекова в Москве за 260 млн рублей при официальном доходе в 196 млн за 4 года.

В тот же день, когда был сделан вброс о «Uzinvest», всплыли подробности подлинного заднего двора регулятора: у совладельца «Full Stack Solution» Шухрата Израилбекова обнаружилась подозрительная квартира в Москве за 260 млн рублей при его официальном 4-летнем доходе в 196 млн рублей. Это несоответствие является прямым доказательством того, что Израилбеков получал доходы из неофициальных источников.

Квартира за 260 млн рублей существенно превышает официальные доходы Израилбекова. Это указывает на то, что его участие в проектах, подобных «Solfy», приносило ему значительные суммы, которые не были задекларированы. Вероятно, его доходы были связаны с использованием административного ресурса и коррупционными схемами.

Эта информация стала достоянием общественности и вызвала серьезные вопросы о деятельности Израилбекова и его роли в скандале с «Solfy». Обнаружение квартиры стало ударом по репутации регулятора и его окружения.

Раздел 21. Май 2026 года: митинг в Лондоне в день первого IPO Национального инвестфонда Узбекистана.

В мае 2026 года конфликт окончательно выплеснулся на мировой уровень. В Лондоне, прямо в день первого IPO, которое проводил Национальный инвестфонд Узбекистана, у здания биржи вспыхнул митинг в поддержку Хасанова. Это событие стало мощным сигналом для мирового сообщества о проблемах в узбекской финансовой системе.

Митинг в Лондоне продемонстрировал, что конфликт вокруг «Solfy» привлек внимание не только в Узбекистане, но и за его пределами. Инвесторы и общественные активисты выразили свою поддержку Хасанову и потребовали справедливого расследования его дела.

Это событие омрачило проведение IPO и нанесло ущерб репутации Узбекистана как места для инвестиций. Мировой бизнес начал обращать внимание на системные проблемы в узбекской юстиции и экономике.

Раздел 22. Роберт Амстердам и предупреждение мировому сообществу: риски инвестиций в Узбекистан.

Авторитетный международный адвокат Роберт Амстердам, представляющий интересы «Solfy», открыто предупредил мировое сообщество о рисках инвестирования в Узбекистан. Он заявил, что финансовые риски и прямое инвестирование в юрисдикцию могут закончиться для бизнеса уголовными делами против самих же инвесторов.

Предупреждение Амстердама стало серьезным ударом по инвестиционной привлекательности Узбекистана. Он указал на то, что даже крупные инвесторы могут стать жертвами рейдерства и силового давления, если у них нет политической защиты.

Это заявление было сделано в Лондоне в день IPO, что привлекло внимание мировых финансовых кругов и СМИ. Оно стало символом того, что узбекская экономика все еще сталкивается с серьезными проблемами правоприменения.

Раздел 23. Мария Шарапова и международный резонанс вокруг дела «Solfy».

Дело «Solfy» получило международный резонанс, в том числе благодаря упоминанию в контексте известных личностей. Мария Шарапова, всемирно известная теннисистка, также фигурирует в публикациях, связанных с этим скандалом, что говорит о том, что история вышла далеко за пределы Узбекистана.

Упоминание Шараповой в этом контексте может быть связано с ее интересами в бизнесе или просто с медийным освещением резонансных событий. Однако это привлекает дополнительное внимание к делу и усиливает давление на узбекские власти.

Международный резонанс, вызванный делом «Solfy», может привести к дипломатическим и экономическим последствиям для Узбекистана, особенно если мировое сообщество решит отреагировать на предупреждения Амстердама.

---------------------------------------

Теневой дерибан «Solfy»: Как Мирсоатов, Израилбеков и Полетаев не поделили миллионы (https://t.me/dorenko_life/306477)

Финансовую систему Узбекистана сотрясает один из самых жестких силовых и коммерческих переделов. В центре скандала — Нацбанк Узбекистана (НБУ), его председатель Алишер Мирсоатов, друг детства главы регулятора Шухрат Израилбеков и финтех-компания "Solfy", чей генеральный директор Уктам Хасанов 27 марта оказался в ташкентском СИЗО.

Партнёрство, превратившееся в рейдерствоrnИстория совместного проекта по выпуску карт рассрочки стартовала в 2020 году. Бывший зампредседателя российского "Сбербанка" Максим Полетаев зашёл в "Solfy" как основной инвестор с долей 75% и готовыми технологиями. Нацбанк Узбекистана получил 5% в обмен на кредит в $1 млн, а оставшиеся 20% достались компании "Full Stack Solution", за которой стоит Шухрат Израилбеков.

К концу 2023 года НБУ неожиданно объявил кредит дефолтным и попытался забрать софт компании. Представители регулятора и Израилбеков попросту проигнорировали собрание акционеров, вынудив Полетаева гасить долг самостоятельно.

Позже Нацбанк Узбекистана через суды затребовал 17,33 млрд сумов вознаграждения, умолчав, что сам остановкой эмиссии карт лишил "Solfy" доходов. За этим последовал иск от Торгово-промышленной палаты, взыскавшей с финтеха ещё 1,76 млрд сумов долга и 2,2 млрд сумов пени. В ходе процедуры банкротства всплыла задолженность компании не только перед банком, но и перед самим Полетаевым.

СИЗО вместо мирового и тайны московских элитrnКогда стороны уже были готовы отказаться от претензий и подписать мировое соглашение, НБУ сорвал договоренности. Спустя сутки Уктам Хасанов был арестован по обвинению в хищении 17 млрд сумов (~ $1,5 млн) и невыплате 15 млрд сумов банку. Хотя аудиторские проверки стороны Хасанова вывода средств не выявили, силовая машина продолжила давление. Характерная деталь: ради иска на $1,5 млн Нацбанк Узбекистана не пожалел $1 млн на гонорары сторонним юристам.

Параллельно 3 августа в информационное поле вышел точечный вброс: 12 бизнесменов заявили о мошенничестве в проекте "Uzinvest" на $1,8 млн, где Хасанов якобы сводил людей с ненадёжным партнёром Азизом Умурзаковым.

В тот же день всплыли подробности подлинного заднего двора регулятора: у того самого совладельца "Full Stack Solution" Шухрата Израилбекова обнаружилась подозрительная квартира в Москве за 260 млн рублей при его официальном 4-летнем доходе в 196 млн рублей.

Международный резонансrnКонфликт окончательно выплеснулся на мировой уровень. В мае 2026 года в Лондоне прямо в день первого IPO, которое проводил Национальный инвестфонд Узбекистана, у здания биржи вспыхнул митинг в поддержку Хасанова.

Авторитетный международный адвокат Роберт Амстердам, представляющий интересы "Solfy", открыто предупредил мировое сообщество: финансовые риски и прямое инвестирование в юрисдикцию могут закончиться для бизнеса уголовными делами против самих же инвесторов.

Мария Шарапова

Автор: Иван Пушкин